Ко входуЯков Кротов. Богочеловвеческая историяПомощь
 

Саша Черный

ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ

 

Поэма

 

Нос твой - башня ливанская,

Обращенная к Дамаску.

(Песнь песн. Гл. VII)

 

Царь Соломон сидел под кипарисом

И ел индюшку с рисом.

У ног его, как воплощенный миф,

Лежала Суламифь

И, высунувши розовенький кончик

Единственного в мире язычка,

Как кошечка при виде молочка,

Шептала: "Соломон мой, Соломончик!"

 

"Ну, что?" промолвил царь,

Обгладывая лапку.

"Опять раскрыть мой ларь?

Купить шелков на тряпки?

Кровать из янтаря?

Запястье из топазов?

Скорей проси царя,

Проси, цыпленок, сразу!"

 

Суламифь царя перебивает:

"О мой царь! Года пройдут, как сон -

Но тебя никто не забывает -

Ты мудрец, великий Соломон.

Ну, а я, шалунья Суламита,

С лучезарной, смуглой красотой,

Этим миром буду позабыта,

Как котенок в хижине пустой!

О мой царь! Прошу тебя сердечно:

Прикажи,чтоб медник твой Хирам

Вылил статую мою из меди вечной, -

Красоте моей нетленный храм!.."

 

"Хорошо! - говорит Соломон. - Отчего же?"

А ревнивые мысли поют на мотив:

У Хирама уж слишком красивая рожа -

Попозировать хочет моя Суламифь.

Но ведь я, Соломон, мудрецом называюсь,

И Хирама из Тира мне звать не резон...

"Хорошо, Суламифь, хорошо, постараюсь!

Подарит тебе статую царь Соломон..."

 

Царь тихонько от шалуньи

Шлет к Хираму в Тир гонца,

И в седьмое новолунье

У парадного крыльца

Соломонова дворца

Появился караван

Из тринадцати верблюдов,

И на них литое чудо -

Отвратительней верблюда

Медный, в шесть локтей, болван.

Стража, чернь и служки храма

Наседают на Хирама:

"Идол? Чей? Кому? Зачем?"

Но Хирам бесстрастно нем.

Вдруг выходит Соломон.

Смотрит: "Что это за гриф

С безобразно длинным носом?!"

Не смущаясь сим вопросом,

Медник молвит: "Суламифь".

 

"Ах!" Сорвалось с нежных уст,

И живая Суламита

На плиту из малахита

Опускается без чувств...

Царь, взбесясь, уже мечом

Замахнулся на Хирама,

Но Хирам повел плечом:

"Соломон, побойся срама!

Не спьяна и не во сне

Лил я медь, о царь сердитый,

Вот пергамент твой ко мне

С описаньем Суламиты:

 

Нос ее - башня Ливана!

Ланиты ее - половинки граната.

Рот, как земля Ханаана,

И брови, как два корабельных каната.

 

Сосцы ее - юные серны,

И груди, как две виноградные кисти,

Глаза - золотые цистерны,

Ресницы, как вечнозеленые листья.

 

Чрево, как ворох пшеницы,

Обрамленный гирляндою лилий,

Бедра, как две кобылицы,

Кобылицы в кремовом мыле...

 

Кудри, как козы стадами,

Зубы, как бритые овцы с приплодом,

Шея, как столп со щитами,

И пупок, как арбуз, помазанный медом!"

 

В свите хохот заглушенный. Улыбается Хирам.

Соломон, совсем смущенный,говорит: "Пошел к чертям!

Все, что следует по счету, ты получишь за работу...

Ты - лудильщик, а не медник, ты сапожник... Стыд и срам!"

С бородою по колена, из толпы - пророк Абрам

Выступает вдохновенно: "Ты виновен - не Хирам!

Но не стоит волноваться, всякий может увлекаться:

Ты писал и расскакался, как козуля по горам.

"Песня песней" - это чудо! И бессилен здесь Хирам.

Что он делал? Вылил блюдо в дни, когда ты строил храм...

Но клянусь! В двадцатом веке по рождении Мессии

Молодые человеки возродят твой стиль в России..."

 

Суламифь открывает глаза,

Соломон наклонился над нею:

"Не волнуйся, моя бирюза!

Я послал уж гонца к Амонею.

Он хоть стар, но прилежен, как вол,

Говорят, замечательный медник...

А Хирам твой - бездарный осел

И при этом еще привередник!

Будет статуя здесь - не проси -

Через два или три новолунья..."

И в ответ прошептала "Merci!"

Суламифь, молодая шалунья.

 

<1910>

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова